Российские компании переходят от «лоскутной» цифровизации к платформенному подходу, что экономит ресурсы и ускоряет масштабирование бизнеса. Но процесс осложняют технологические ограничения и высокие интеграционные издержки
Фото: Shutterstock
Бизнес постепенно начал переводить свои системы в единую структуру, чтобы сократить расходы и облегчить управление IT-ландшафтом, отмечают аналитики.
В частности, по данным исследования Института статистических исследований и экономики знаний (ИСИЭЗ) НИУ ВШЭ, проведенного в партнерстве с Минцифры России и Росстатом, доля компаний, внедривших цифровые платформы, увеличилась с 18,7% в 2023 году до 21,8% в 2024-м.
По итогам 2025 года рынок платформенных решений для бизнеса в России оценивается примерно в 32–47 млрд руб. В 2026 году сегмент вырастет еще на 15–20%, говорит директор по развитию GreenData Валентина Зигаленко. По словам эксперта, весь рынок корпоративного программного обеспечения (ПО) в стране подошел к уровню 248–250 млрд руб.
В целом по данным на 2025 год 80% компаний пока используют разрозненные интеграции между системами и только 12% — работают в единой цифровой среде, следует из результатов III Всероссийского опроса по цифровой трансформации, проведенного Comindware и Artezio (ГК «Ланит») при поддержке ассоциаций «Руссофт» и BPM-профессионалов. Исследование за 2024 год показало, что 75% компаний сталкиваются с проблемами цифровой трансформации из-за фрагментированной IT-инфраструктуры.
«Лоскутная» автоматизация приводит к технологическому долгу — накопленным проблемам в ПО и IT-инфраструктуре из-за быстрых, но неоптимальных решений, а также дублированию функций, сложностям интеграции и росту стоимости поддержки, рассказывает замгендиректора IT-холдинга Т1 по программно-аппаратным решениям Михаил Книгин.
Каковы преимущества платформ
Единые платформы снижают «цифровой хаос» и помогают избежать «спагетти-интеграций» при объединении разрозненных программ, говорит директор по развитию бизнеса Nexign Максим Нартов: «Когда в компании десятки систем от разных поставщиков, прозрачность и эффективность бизнеса снижаются».
Они позволяют объединить сотрудников, клиентов и поставщиков в единой среде, обеспечивают обмен информацией в общем формате и легче масштабируются по числу пользователей и объемам данных, говорят эксперты. «В таком контуре не нужно собирать каждый кейс с нуля. Это снижает стоимость преобразований, ускоряет запуск продуктов и помогает быстрее переводить новые проекты, в том числе с искусственным интеллектом (ИИ), из пилотов в промышленную эксплуатацию», — говорит технический директор Bercut (входит в «Ростелеком») Алексей Чистяков.
Например, использование единых платформ позволяет сократить затраты на сопровождение IT-ландшафта и обучение персонала, отмечает управляющий директор бизнес-единицы «Цифровые решения» «Айсорс» Дарья Ларионова.
При этом у платформ есть и ограничения. Даже за рубежом нет системных решений, которые бы полностью закрывали все задачи — от учета и планирования до диспетчеризации и ИИ, говорит директор практики «Технологическая трансформация» «Рексофт Консалтинг» Алексей Богомолов. Поэтому компании дополняют их решениями других поставщиков: например, ИИ-инструменты, по его словам, обычно приходится подключать отдельно.
В чем сложности перехода
Платформенные решения в первую очередь доступны крупному бизнесу, единодушны эксперты: у таких компаний есть ресурсы, данные и масштабные задачи, оправдывающие вложения в сложную архитектуру.
Например, «Транснефть» разработала платформу для индустриальной автоматизации в нефтегазе и промышленности, а «Северсталь» внедряет собственную систему управления производственными процессами (MES), рассказал управляющий директор мультивендорной компании «Экспанта» Илья Измайлов: «По данным «Северстали», такая система позволила на 30% сократить затраты на ввод и получение информации, на 20% повысить общую эффективность оборудования, на 5% — производительность и на 10% снизить энергопотребление».
Собственные MES для реальных производственных процессов, по его словам, создаются под конкретные технологические цепочки, оборудование и требования отдельных площадок. Тогда как универсальные системы вроде зарубежной SAP обычно ориентированы на типовые сценарии и требуют более сложной адаптации к каждому клиенту, отмечает Илья Измайлов.
Малые и средние предприятия (МСП) при переходе от «лоскутной» автоматизации к системной, как поясняет Алексей Чистяков, чаще объединяют используемые и новые разрозненные решения с помощью сервисов интеграции: «МСП ограничиваются более легкими интеграциями вокруг ключевых систем — например, бухгалтерии и управления взаимоотношениями с клиентами (CRM)».
Некоторые компании самостоятельно или с интегратором собирают аналоги платформ на базе открытых технологий, таких как Kubernetes, Kafka и Minio S3, отмечает руководитель продуктового направления «Некстби» Евгений Сурков: «Однако этот подход требует времени и не решает проблему «зоопарка» решений». Например, данные, собранные отделом продаж, по словам эксперта, могут не соответствовать потребностям маркетинга, что ухудшает аналитику и продажи.
Кроме того, при объединении разрозненных решений разработчикам приходится согласовывать данные и инструменты аналитики для всех подразделений, а обновление любой из программ требует доработки системы целиком, говорит Евгений Сурков: «Это тоже влечет высокие интеграционные издержки».
Почему импортозамещение ускоряет рынок
Уход после 2022 года западных вендоров в целом побудил российский бизнес не только заменить отдельные системы, но и полностью пересмотреть свою архитектуру, включая интеграционные процессы и управление данными, говорит Алексей Чистяков.
По его словам, за это время реестр российского ПО увеличился в четыре раза — до 27 тыс. решений: «Появились зрелые интеграционные платформы и импортонезависимые большие языковые модели».
По данным холдинга Т1, к началу 2025 года доля отечественных решений в банковском секторе составляла 75%, в госсекторе — 43%, а на объектах критической информационной инфраструктуры — 40%. В среднем по стране этот показатель не превысил 25%.
Активнее всего цифровизация идет в сферах, где она быстро и заметно влияет на выручку и оборот, — например, финансы, ретейл и e-commerce, отмечает бизнес-партнер по инновационному развитию «Гарда» (входит в «ИКС Холдинг») Лука Сафонов. Кроме того, в числе лидеров — компании с госучастием, к которым предъявляются более жесткие требования по использованию отечественного ПО.
Согласно указу президента России Владимира Путина, к 2030 году не менее 80% российских организаций ключевых отраслей экономики должны перейти на использование базового и прикладного российского ПО.
Рост требований к независимости, масштабируемости и безопасности стал драйвером спроса на платформенные продукты, говорит Михаил Книгин: «IT-рынок растет быстрее экономики — 14,6 против 3,2% в год, а около двух третей продаж приходится на разработчиков ПО — спрос смещается в сторону собственных платформ и продуктов».
Спрос на платформенные решения в России, по оценкам компании Staq, в 2025 году вырос на 22% по сравнению с 2024-м.
При этом, по словам Михаила Книгина, в прикладных системах и бизнес-критичных платформах российской разработки большинство технологических пробелов уже компенсировано, тогда как в инфраструктурном и инженерном ПО сохраняется высокая зависимость от зарубежных решений — прежде всего в виртуализации, серверных операционных системах, облачных платформах и инструментах обработки данных.
Сложнее всего переход на российские решения дается компаниям, которые до 2022 года в рамках использования платформы как услуги (PaaS) работали на зарубежных решениях: из-за глубокой встроенности их инструментов в бизнес-процессы смена поставщика оказалась дорогостоящей, говорит основатель Инженерного альянса прикладных информационных технологий Николай Свиридов.
Как будут развиваться российские платформы
Переход на отечественные платформенные решения позволил компаниям быстро адаптироваться к санкциям, скачкам спроса и сбоям поставок, эффективнее управлять рисками за счет прогнозной аналитики, говорят эксперты. Базовые задачи — интеграцию, безопасность и управление данными — отечественные системы решают, говорит Алексей Чистяков. При этом миграция сложных IT-ландшафтов, перенос накопленных данных и перестройка бизнес-процессов под новую архитектуру, по его словам, по-прежнему остаются сложной задачей.
По словам техдиректора направления системной интеграции «Бастион» (входит в «ИКС Холдинг») Артема Берегового, мировые аналоги развивались десятки лет, что выработало определенные требования и ожидания у заказчиков, которых российские продукты не всегда могут достичь. Поэтому компании используют платформы в основном для ключевых задач, говорит Артем Береговой: «Учет и управление ресурсами предприятия закрывают 1С и «Турбо», BI-аналитику — Visiology, а контроль технологических процессов в промышленности — платформа сбора и анализа данных «Контур».
Еще одна сложность в том, что единый вендор обеспечивает бесшовную интеграцию компонентов. Но если один из них, например HR-модуль, не устраивает бизнес, его замена обходится сложнее и дороже, говорит директор по развитию бизнеса «Навикон» Евгений Кузьмичев. Если модуль критически важен, компании приходится подключать «лоскутное» решение другого вендора.
Несмотря на ограничения, рынок движется к платформенному подходу, а новым драйвером становится внедрение ИИ. Если до 2024–2025 годов корпоративная IT-среда в основном опиралась на классическую автоматизацию, то теперь ее дополняют решения на базе ИИ, говорят эксперты: эти подходы требуют разной архитектуры, но часто пересекаются на уровне интеграций.
